13 лет назад недалеко от Барнаула без вести пропала женщина. Тогда так и не удалось установить, что с ней произошло. И вот спустя годы следователи восстановили ход событий.
Ушла и не вернулась
38-летняя Татьяна (имя изменено. – Прим. авт.) была мало чем примечательной женщиной. Жила в Новоалтайске, была на инвалидности, но неофициально работала. Иногда выпивала, но асоциальным её образ жизни назвать было нельзя. Дочь-подросток женщины жила в основном у бабушки. Однажды Татьяна ушла из дома и не вернулась.
«Её близкие говорили, что она пошла получать пенсию в отделение банка — и больше её никто не видел, — рассказывает следователь-криминалист отдела криминалистики следственного управления Следственного комитета РФ по Алтайскому краю капитан юстиции Иван Кудинов. — Тогда следователь возбудил дело об убийстве, как всегда делается в таких случаях, когда предполагается криминальный характер исчезновения».
Версию о том, что Татьяна решила исчезнуть сама, следователи отрицали — билет на её имя ни на какой вид транспорта никто не покупал, рядом с дорогами женщину тоже не видели. Да и в принципе такие исчезновения, по словам близких, ей были не свойственны. Возможность разбойного нападения на Татьяну следователи тоже всерьёз не рассматривали — до банка, куда она отправилась за пенсией, так и не дошла, а с собой ценных вещей у неё практически не было. Следователи работали с близкими Татьяны, но ничего, что бы могло помочь расследованию, от них не услышали. У гражданского мужа Татьяны было алиби: когда он ушёл на работу, женщина была дома. Позже её видели на остановке, где она садилась в автобусе, а муж в это время находился на работе, что подтверждали несколько свидетелей.
В какой-то момент следствие зашло в тупик, дело было приостановлено.
Установили истину
Как рассказывает Иван Кудинов, одно из основных направлений работы отдела криминалистики — раскрытие преступлений прошлых лет.
«Следователи-криминалисты поднимают эти дела из архивов, изучают, пытаются найти пробелы в ходе расследования, зацепки, которые бы помогли пролить свет на преступления. Это не значит, что тогда следователи сработали плохо — в 1990-х и начале 2000-х годов ещё не было такого уровня экспертиз, техники и возможностей, которые есть в распоряжении у правоохранительных органов сейчас», — поясняет Иван Кудинов.
При этом такие дела прошлых лет следователи-криминалисты распутывают не в одиночку — вместе с ними работают следователи, в непосредственном производстве которых находится дело, оперуполномоченные полиции.
В случае с делом об исчезновении Татьяны Ивана Кудинова насторожил протокол допроса одного из близких знакомых женщины, назовём его Сергей. Он был последним, кто её видел, его версия была, с одной стороны, логична и не опровергалась другими фактами, с другой — была немного странной.
13 лет назад Сергей работал сторожем на стройплощадке на выезде из Барнаула на правом берегу Оби. Он рассказал, что Татьяна приехала к нему, они посидели, выпили, после чего она уехала за пенсией, телефон забыла. И больше её никто не видел.
— Также было установлено, что со своего номера она звонила Сергею уже после исчезновения, когда, в принципе, телефоном пользоваться не могла, — рассказывает следователь-криминалист СК. — Мужчина объяснил: какое-то время хранил телефон, а потом решил проверить, работает ли сим-карта, и позвонил на свой номер. С одной стороны, логично, с другой — зачем человек хранит у себя телефон, зная, что владелец телефона пропал, не возвращает его родственникам, зачем проверяет работоспособность сим-карты?
В итоге версию с причастностью Сергея к исчезновению женщины решили снова отработать. В итоге оперативники и следователи собрали достаточно доказательств, и мужчина, увидев этот объём информации, стал сотрудничать со следствием. Вскоре он признался, что 13 лет назад убил Татьяну.
Общались они близко. В тот день Татьяна действительно приехала к нему в бытовку на стройплощадку. В какой-то момент они поссорились, Сергей сильно толкнул женщину, она упала, ударилась головой о печку-буржуйку и умерла на месте. Сергей, который ранее уже привлекался к уголовной ответственности, вынес тело на пустырь и закопал.
— Времени на то, чтобы скрыть следы, у него было достаточно: пока поступило заявление о пропаже Татьяны, пока мы вышли на него, он успел стереть все следы в бытовке. Сейчас у экспертов-криминалистов есть оборудование, так называемый криминалистический смыв, который позволяет обнаружить следы крови, даже если участок тщательно промыли. Тогда такой аппаратуры ещё не было, поэтому на месте преступления следователи следов не обнаружили.
Все эти годы Сергей, которому уже исполнилось 65, жил обычной жизнью. У него есть жена, взрослые дети, была работа.
— Когда вина человека доказывается после стольких лет с момента преступления, конечно, у него это вызывает удивление. Со временем у него наступает успокоение, расслабленность от того, что от уголовной ответственности ушёл. Но при этом иногда приходит и некоторое облегчение. Преступление, особенно тяжкое, всегда оставляет след в душе. И даже поделиться этим он ни с кем не может, приходится всё носить в себе, — объясняет Иван Кудинов.
Сергею предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 111 УК РФ — умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, которое по неосторожности повлекло смерть потерпевшего. Сейчас его дело рассматривается в суде.
Останки Татьяны найти не удалось: на участке, где Сергей закопал её тело, построено здание.
