Наш земляк, солист и продюсер вокальной группы Viva Александр Балыков выпустил первый авторский поэтический сборник «Учитесь правильно мечтать». 12 февраля его презентация состоится в Москве, а 17-го числа текущего месяца Балыков представит издание в родном городе. Встреча состоится в «Крепостном театре» в 19:00 (12+). Перед этим мы поговорили о том, почему теперь Александр не только певец.
Открывается что-то новое
— Александр, ещё осенью перед юбилейным концертом в Барнауле вы говорили о планируемом издании сборника. Как это всё-таки получилось?
— На сольных выступлениях и концертах группы Viva я читал свои стихи, и меня часто спрашивали, почему я не выпущу сборник. В силу своей скромности считал, что я этого не достоин. Писать стихи — это одно, а выпустить книгу — это как самого себя причислить к великим поэтам. А в августе прошлого года мы ездили в зону СВО. Там один из поэтов услышал мои стихи и настоятельно попросил скинуть их ему, он хотел показать их издательству. В итоге издательство «Вече» выразило готовность выпустить сборник. Правда, попросили меня отправить что-то ещё или написать дополнительно, чтобы было минимум 100 страниц. На самом деле, отправлял я не все свои стихи, а только те, что считал достойными, где есть идея, смысл. Просто красивые рифмованные строчки не люблю, хочется, чтобы произведение открывало мысль и заканчивалось в виде вывода. В общем, сборник вышел, 12 февраля в Москве в «Доме книги» издательство устроит презентацию с участием литературного сообщества Москвы. Ну, а я решил, раз уж в Москве мне такое делают, неужели я не могу такое организовать в родном Барнауле?!
— Какой она будет?
— Она появилась спонтанно, когда отменился один из концертов и возникло «окно» между Омском и Красноярском. Соберём небольшую аудиторию в «Крепостном театре», придут любители поэзии и те, кто поддерживает моё творчество. Это будет встреча теперь уже с поэтом Балыковым, но так как я всё-таки ещё и певец, то прозвучат и песни. В общем, музыкально-поэтический вечер. Потом с удовольствием пообщаюсь с гостями, подпишу книги.
— Презентация сборника по ощущениям сравнима с первым концертом группы Viva?
— Да, волнительно. В моей жизни открывается что-то новое. Когда давали первый концерт, было непонятно, как публика воспримет то, что мы делаем. С книгой такая же ответственность, ты уже становишься не просто певцом. А в родном городе я вообще всегда волнуюсь больше, чем на других площадках, даже на самых больших.
На пользу людям
— Как давно вы пишите стихи?
— Ещё когда был ребёнком, меня просили писать поздравительные открытки. Слагал простые рифмы «поздравляю-желаю», «ждать-не унывать», и тогда казалось, что быть Пушкиным легко. В старших классах писал стихи на основе своих ощущений, с простыми глагольными рифмами, лёгкими эмоциями. И уже потом начал задумываться, что в стихе, как и в песне, спектакле, должна быть форма, наполнение. Многолетнее изучение стихотворных слогов, ритмов, рифм накладывают отпечаток, и чем дальше, тем уже сложнее создавать. Сам себе выстраиваешь барьеры, кажется, что по-другому нельзя, дурной тон.
— Сборник называется «Учитесь правильно мечтать».
— Это по названию одного из произведений. Обычно кульминацию делают в середине или в конце, а я решил уже с него начать сборник, это основа моего творчества. Мечтать надо не умом, а сердцем. За стремлением к материальным ценностям, местом в обществе мы не замечаем, что счастливыми нас делают встречи с друзьями, радость за близких, понимание того, что ты делаешь полезные вещи. И таким названием книги я хочу читателям пожелать этого на собственном примере. Все стихи в книге — рассуждение о жизни, о том, что правильно, что хорошо, что плохо, о каких-то жизненных ситуациях, которые стали триггером для написания этих строчек. Недавно меня пригласили в передачу на Первом канале. В ней был сюжет об участнике СВО, который после ранения проходил тяжёлую реабилитацию, были проблемы в личной жизни. И моё стихотворение «Письмо себе», которое я тоже писал в сложной ситуации, когда было непонятно, куда двигаться, спасло его от гибели. Об этом он рассказал в интервью, и авторы программы решили меня пригласить на съёмки как сюрприз для героя. Я наревелся на этой передаче, меня такие истории трогают до слёз. И если мои стихи могут кому-то помочь — это то, о чём я мечтаю, создавая творчество. Не славу заработать, не деньги, а принести людям пользу. Это самое крутое ощущение.
— Стихи в сборнике — те, что не стали песнями?
— В нём два раздела. В первом — стихотворения, небольшая часть из них есть в аудиоформате, но не в виде песен, а именно стихов. Вторая часть — буквально 15 произведений, которые стали песнями, но, на мой взгляд, люди их недооценили. Когда их писал, вкладывал в них чуть больше, чем воспринимают люди, подпевая и пританцовывая. Раздел так и называется «Стихи, которые поются», в предисловии я написал, что, когда вы слушаете песню и держите перед глазами текст, произведение открывается по-новому. Проверил на друзьях, работает.
— У Дианы Арбениной есть поэтические сборники, в которых стихи, не ставшие песнями, она называет «антипесни».
— У неё антипесни — произведения со сломанным ритмом, которые уложить в песню сложно. Мне тоже на некоторые свои стихи не удалось написать музыку, и они остаются самодостаточными произведениями. Может быть, у кого-то другого получится сделать из них песни, прочувствовать. При этом у меня был опыт работы со стихотворением Рождественского «Друг», к которому никто не мог написать музыку. Его дочь Екатерина сказала: «Хочешь — пробуй, но всё, что делали до этого, — ерунда». А там на самом деле сложный ритм: «Да, — говорит, — есть, — говорит…». Я пару месяцев работал, и в итоге получилась песня, которая стала одной из самых ярких в программе, посвящённой Рождественскому.
Обычно у песенных стихов есть определенная форма. Если получается яркое четверостишье, в котором есть обобщающая фраза, понимаешь, что оно подходит на припев, тогда задумываешься о песне. При этом, когда ты делаешь песню на основе уже имеющихся стихов, многое приходится выбрасывать, переделывать, чтобы строчки звучали под музыку. Обычно стихотворение глубже, чем песенный текст.
Кстати, возвращаясь к Рождественскому — я его большой поклонник. Конечно, классиков отодвигать нельзя, но из тех авторов, кого в какой-то степени можно назвать нашим современником, Роберт Иванович наиболее близок и по жизненным принципам, и по творческим. Он так подбирал слова, мысли, образы, что, когда читаешь его стихи, всё кажется очевидным, ты вроде бы тоже об этом думал, но он смог сформулировать.
От хладнокровия до страдания
— Много осталось стихотворений, которые теперь можно назвать неизданными?
— В сборник, если память не изменяет, вошло 93 произведения. Неизданные остались, многие спрашивают, почему нет того или другого. Но, как уже говорил, для первого сборника подбирал стихи с содержанием, чтобы было не графоманство и словоблудие. Будет ли второй сборник? Может быть, но к нему тоже надо писать новые стихи. Кстати, под вдохновением от выхода первого уже парочка появилась, даже пожалел, что так рано он вышел, можно было бы их туда добавить. Может быть, буду доставать из стола что-то из старого, часто бывает, что-то, о чём забыл, снова становится актуальным. Иногда творчеству нужно немножко отлежаться.
— Поэтом теперь себя можете назвать?
— Я с этим смирился и согласился, но всё равно испытываю лёгкое неудобство, когда так называют. Поэт — высокое звание, которое является примером и в литературе, и в жизни в каких-то вещах. Что меня останавливает себя так называть — часто делаю ошибки, запятые не там ставлю. Сейчас, конечно, можно это или несовпадение ритма назвать авторским стилем, но мне так не хочется.
— Как у вас с прозой?
— Ничего нет. Хотя, когда начал писать введение к сборнику, рассказывать о том, как создаю стихи, что бы хотел от книги, обнаружил, что написал четыре страницы. И это тоже было интересно. Но нужно время. У нас постоянные перелёты, гастроли, плюс я ещё продюсер, за мной большой коллектив, на мне решение оргвопросов, и в этих моментах надо быть хладнокровным и расчётливым. А творчество — это страдание и сомнение, тебя должно что-то мучить. И после хладнокровного решения задач переключаться в страдание не так просто, потому что иногда даже личные переживания ты начинаешь решать как продюсер.
