«Инкогнито» из Петербурга: Станислав Шклярский рассказал о новой пластинке, музыкальном бэкграунде и работе с ИИ

Видеть зрителя 

— Станислав, с «Пикником» вы были в Барнауле много раз, с «Инкогнито» приехали впервые. Есть ли разница?  
— Разница с том, что с «Инкогнито» в том или ином городе мы проводим меньше времени. «Пикник» приезжает за день–два, так как выступает на больших площадках, нужно время для подготовки сцены. У «Инкогнито» в этом плане попроще, поэтому график плотнее, только сегодня приехали из Новосибирска.

— Кстати, а вам какие сцены ближе — стадионы или как сегодня, в небольшом клубе?

— Везде есть свои особенности. В клубе у тебя происходит единение со зрителем. На большой сцене ты даже толком не видишь, для кого играешь — фонари слепят, мы в темных очках, люди в зале далеко. А тут ты постоянно взглядом встречаешься с кем-то. И иной раз отвлечёшься, какая-то мысль промелькнёт, и даже забываешь слова.

— Сегодня заявлена презентация альбома «Самурай». Но с учётом, что «Инкогнито» здесь впервые — будет the best или акцент на «Самурай»?

— Скорее the best, хотя все песни из «Самурая» мы сыграем. Сейчас мы обкатываем пластинку, понимаем, какие треки лучше воспринимаются людьми. Дальше, конечно, весь его играть уже не будем.

— «Самурай» был очень хорошо принят. Как по мне — он жёстче предыдущих пластинок по гитарам и насыщен электроникой. Как он вам?

— Мне альбом радует глаз и слух. Всегда хочется сделать лучше, чем было, но очень тяжело переплюнуть то, что ранее стало хитами. Но тут получилось, сами не ожидали, что две или даже три песни будут в топе, а одна, «Не гаси свет», вообще опережает все предыдущие по прослушиваниям, хотя ставки на неё не было.

— «Самурай» вышел на виниле, первом в истории «Инкогнито». Почему именно он?

— Раньше тоже предлагали, но не был готов. Сейчас группа переросла десятилетний рубеж, есть что показать.

— Для вас ценность физических носителей сохраняется?

— Лично для меня нет. У меня вообще за жизнь было штук пять CD-дисков — Prodigy, Pussycat Dolls, ещё что-то, и я даже толком не знаю, как они у меня оказались. Вертушки для пластинок у меня тоже нет. Конечно, по паре альбомов «Инкогнито» себе я оставляю, но слушаю музыку в основном на телефоне. Но знаю, что есть меломаны, для которых физические носители важны, поэтому винил — подарок им.

Просто рок-музыка 

— «Инкогнито» 12 лет, вам 40. Это всё-таки молодая группа или уже нет?

— Группа с опытом. Иногда смешно, когда люди по 50-70 лет собирают группу, играют год и называют её молодой. Надо и на свой возраст смотреть. Группа молодая, когда молоды её музыканты.

— Вы выпустили уже семь альбомов. Довольно круто за такой срок.

— Мы выпускаем их примерно раз в полтора года. Есть ещё совсем старые записи, про которые вообще не знаю, выйдут ли они когда-нибудь. Есть новый материал, наверное, летом сядем его записывать — не знаю, будет это EP или полноценная пластинка. 

— Для вас первична музыка или тексты?

— Все приходит одновременно. Берёшь аккорд, начинаешь что-то пропевать на своем невнятном языке, ищешь слово, которые подходит под ритмический рисунок. Это становится основой.

— Но, как понимаю, в основе текстов не личные истории.

— Да, лирический герой не я. Но в них бывают реальные увиденные фрагменты жизни, которые стали основой. Но в основном фантазийные истории. 

— Песни «Инкогнито» — коллективное творчество или только ваше?

— Точно не коллективная история. Я приношу «рыбу», то, как я вижу песню. И с каждым музыкантом разбираем партии, они что-то предлагают, я соглашаюсь или оставлю свой вариант. Посыл изначально идет от меня, мне комфортнее, когда песня выходит такой, как задумывалась.

— У нас на сайте билетного оператора жанр «Инкогнито» определяется как «инди» — и всё. Вы бы что о себе сказали?

— Просто рок-музыка. Не скажу, что у нас какой-то особенный стиль. Рок с различными нотками, даже попсы. Мы не настраиваем аудиторию на конкретное звучание. Следующий альбом вообще получается в жанре industrial.

На две группы 

— Когда вы вообще начали писать песни?

— Лет в 20. Я учился на последнем курсе института, понимал, что работать по профессии программистом не хочу. Когда поступал, считалось, что эта специальность применима везде. Но у меня не было особого желания учиться, а у преподавателей — учить. Почему-то повелось так, что мы, идя на занятие, уже должны были знать половину материала, так что приходилось постоянно догонять. В общем, понял, что надо что-то делать, стал что-то придумывать, писать музыку, слова. Стало получаться, понятное дело, не с первого раза.

— «Инкогнито» появилось, когда вы уже несколько лет играли в «Пикнике». Сразу был выход с новой группой на большую сцену?

— Да, и на большую сцену до сих пор хотим. Петь свои песни только на кухне точно не планировал.

— При этом вы в детстве учились в музыкальной школе на фортепиано.

— Да, но когда окончил, отложил всё это на долгий срок. Там конкретно отбили охоту, не хотелось вспоминать. Ну а потом пришлось, когда в «Пикник» позвали. А гитару осваивал сам. Всему научиться можно, если жизнь требует.

— В «Пикнике» вы с 2008 года, сменили ушедшего из жизни клавишника Сергея Воронова. Если бы вас туда не пригласили, стала бы музыка профессией?

— Чёрт его знает. Скажу «да», но буду сомневаться.

— При этом в «Инкогнито» клавишника нет. Почему?

— Лишний рот не нужен (смеется. — Прим. авт.). В первые годы я играл в группе на клавишах. Но играть на них и петь неудобно, теряю динамику концерта. Поэтому заменили их компьютерной подложкой, сейчас это не редкость.

— Насколько сложно совмещать две группы?

— Непросто. В Барнауле у нас заключительный концерт тура, и я понимаю, что устал. Перед этим был тур с «Пикником», вернулись в Санкт-Петербург, отыграли концерт там, и сразу поехал с «Инкогнито». А сейчас вернусь и скоро снова тур с «Пикником» (26 апреля «Пикник» выступит в Барнауле в «Титов-Арене». — Прим. авт.).

— Вы перечислили диски, которые были у вас. Это музыка, на которой росли?

— Нет. В каждом альбоме нравились одна-две песни, ездил в университет на машине, слушал их. А вырос на родительских мелодиях — в смысле не на «Пикнике», а на том, что дома звучало. Меня не спрашивали, нравилось мне или нет.

— А «Пикник» звучал, насколько в него были погружены?

— Я присутствовал при написании материала — папа с гитарой ходил по квартире или что-то играл на фортепиано. Но чтобы что-то записалось, вышел альбом и потом бы мы все сели слушать – такого точно не было.

— Если бы записывался трибьют «Инкогнито», какую бы песню для записи дали «Пикнику»?

— Сложный вопрос. С учетом того, что папа не любит процесс записи — самую простую. Возможно, что-то из первого альбома. Ту же «Инкогнито», которую и так исполняем и ее не надо разучивать. Или «Видение».

— С учётом того, что вы по образованию программист — искусственный интеллект в творчестве используете?

— Ни разу, хотя хочу попробовать, чтобы понять, что это такое. Интересен сам механизм. Но, мне кажется, если сильно этим увлечься, потеряешь индивидуальность, будет повторять сам себя.