В Алтайской краевой библиотеке им. В.Я. Шишкова состоялась лекция «Трансформация русского костюма в современном сценическом воплощении». Геннадий Осташов, художник-модельер ансамбля «Алтай», член Союза дизайнеров России, рассказал участникам встречи, как менялся национальный русский костюм, как в нём выражался русский код, как традиционные элементы переосмысливаются и находят своё отражение в современном сценическом воплощении.
По словам лектора, всё многообразие традиционного русского костюма можно сравнить с деревом, у которого в полную силу развилась только одна ветка — старообрядческого костюма. Остальные ответвления в ходе истории подрезались и видоизменялись.
«Но это только одна ветвь определённого слоя населения, — отметил Геннадий Осташов. — Есть ветка развития костюма, драматично подрезанная Петром Первым. Дворяне тоже носили русскую одежду, но мы её не ассоциируем с понятием русского костюма. Например, когда Елизавета Петровна надела мундирное платье — никогда до неё женщина такое не носила, оно появилось в России при русской императрице. Это русский костюм? Почему нет!»
К рассуждению по этим вопросам подключились слушатели лекции. Гости библиотеки сошлись во мнении, что русский костюм во многом представляет симбиоз из разных направлений. Вплоть до кокошников, которые встречаются не только в России, но и у северных народностей.
Личная позиция Геннадия Осташова — бережное отношение к истории и логике народного костюма. Например, в сценических нарядах он не применяет орнамент, который был распространён в декоре других вещей.
— Роспись — гжель, хохлома, жостовская — применялась в предметах быта, — объяснил Геннадий Осташов. — Для многих народов немыслимо, чтобы на одежде был орнамент с посуды. Мы это представляем легко: сарафан с гжелью, платье с хохломой современные люди надевают и выдают за нашу культуру. Я говорю о степени ответственности, когда мы выносим костюм на сцену для большого количества зрителей. У этих людей откладывается впечатление, которое и будет ассоциироваться с русским костюмом.
Так, одна из устойчивых ассоциаций — наряды с «Русского бала» 1903 года, посвящённого столетию дома Романовых. Образы гостей того бала в своё время даже легли в основу картинок на игральных картах. Как отметил лектор, на эти образы легче ориентироваться, потому что они сохранились в истории лучше, чем обычная повседневная одежда русских крестьян, которую активно изнашивали и менее активно запечатлевали в искусстве. Эффектные кафтаны, отороченные мехом, расшитые жемчугом опашни — карнавальные костюмы, стилизованные в соответствии с тогдашней модой, которые сохранились в хорошем состоянии, потому что их надевали два раза.
«В это время появились фотоаппараты, и гостей запечатлели на фото, — добавил Геннадий Осташов. — Эти костюмы представлены в музеях, запечатлены на фотографиях, мы их видим, и у нас возникают ассоциации с русским костюмом. Они сложились в России, но к деревне, к огромной стране имеют очень опосредованное отношение. Не ходила так русская женщина в Пскове или Рязани. Это стилизованный костюм с расширенными пропорциями».Художник-модельер подробно остановился на особенностях кроя и орнамента, символике цвета и деталей традиционного костюма.
— В народе сложилась такая вещь, как косоворотка. Почему она такая? Представьте, сколько за этим стоит! Выходит мужик на покос в поле, у него на груди православный нательный крест, и, чтобы крест не выпадал из ворота рубахи, люди придумали косоворотку. Это и есть русский код. Не косоворотка как таковая, а то, что она выражает, — продолжает художник-модельер.
Как пояснил Геннадий Осташов, в азиатской культуре подобный фасон связан с шириной ткани, а она в свою очередь — с длиной стебля хлопка. Льняные домотканые полотна позволяли кроить рубашки иначе.
«Эти смыслы — то, чем мы дорожим, — считает художник-модельер. — Немыслимо на сцене представить мужчину в рубашке с застёжкой сзади. В жизни русского мужчины единственный повод иметь застёжку сзади — это смерть. Потому что одежду с такой застёжкой нужно помогать надевать. А мужчина, даже царь, одевался самостоятельно. А вот женщину одевали. Поэтому и в современной моде у нас вечерние платья застёгиваются сзади, как и вся торжественная одежда, в которую женщину наряжают. С этим же связаны “мужская” и “женская” стороны застёжки».
