Для воспитанника алтайского биатлона Леонида Кульгускина из Бийского района минувший сезон получился очень насыщенным. Спортсмен успел выступить на многих стартах, завоевать медали Кубка Содружества и Олимпиады сельских спортсменов Алтайского края. После сезона он на неделю приехал в Барнаул закрыть долги по учёбе.
Зимой и летом
— Леонид, учёбой получается заниматься только сейчас или по ходу сезона тоже что-то сдавал?
— Нет, долги закрываю только сейчас. Во время сезона я приезжал домой, но в университете не был. Сейчас оканчиваю первый курс АлтГПУ, до этого окончил педагогический колледж в Бийске.
— Какой план на лето?
— Да уже скоро начнётся втягивающая работа. Отдыхал недели полторы. Сейчас будут лёгкие кроссы, месяц на втягивание в процесс, с конца мая уже начнётся полноценный тренировочный процесс. И так до сентября, до стартов по летнему биатлону.
— Летний биатлон для тебя насколько серьёзен?
— Ну а как к нему несерьёзно относиться, если к нему все готовятся и все приезжают на чемпионат России и Кубок Содружества? Там же те же люди, что и на зимних стартах.
— Ну, а выиграть чемпионат России летом или зимой — что престижнее?
— Зимой, конечно. Всё-таки биатлон — зимний вид спорта.
— О тебе всерьёз заговорили два года назад, как раз после индивидуальной гонки в летнем биатлоне, где ты стал бронзовым призёром с нулём промахов на рубежах.
— Это вообще был чуть ли не первый мой старт по мужикам, и получилось так отличиться. Наверное, потому что к нему ещё вместе с отцом (Иван Кульгускин — тренер ДЮСШ Бийского района. — Прим. авт.) готовился. Думаю, мне больше подходит его подготовка.
С отцом лучше
— К прошлому сезону ты готовился в группе старшего тренера сборной России Юрия Каминского. В марте он объявил, что покидает пост. В какую группу попадёшь сейчас?
— Каминский ушёл, но группа сохранится (с ней будет работать Андрей Падин. — Прим. авт.). Но я ухожу на самоподготовку к отцу.
— Почему?
— Судя по результатам, мне в первую очередь не хватает стабильности. В этом году хорошие гонки тоже были, но не регулярно. А в призы хочется заезжать стабильно, а не пару раз за сезон. Я не могу сказать, что в группе Каминского мне было плохо. Как тренер-профессионал он специалист высочайшего уровня. В человеческих отношениях тоже всё прекрасно, мы с ним много говорили и до сих пор на связи: можем созвониться, что-то обсудить. Просто его методика мне сейчас немного не подходит. Собственно, я и тренировался в его группе до Нового года, потом ушёл на самоподготовку.
— А пока ты был у Каминского, отец как-то участвовал в работе с тобой?
— Нет, не вмешивался. Ну, а потом во второй части сезона после болезни работал уже по его плану.
— До группы Каминского в позапрошлом сезоне ты был в группе Сергея Башкирова. Было у них что-то такое, что бы тебя удивило?
— Того, с чем вообще ни разу не сталкивался, чтобы было «вау, неожиданно» — нет. Системы у них отличаются: у Каминского тренировки более объёмные и менее интенсивные, у Башкирова смешанный план — есть и интенсив, и объём. От каждого что-то полезное взял.
— А вообще каково было оказаться в группах рядом с Латыповым и другими звёздами российского биатлона?
— Так или иначе все друг с другом знакомы. Не было такого, что видел их по телевизору и никогда не встречал в реальной жизни. Так что никакого волнения.
— У молодых в группе есть какие-то особые обязанности? Инвентарь какой-нибудь на тренировку принести?
— Нет, все равны.
— Сейчас, когда ты на самоподготовке, должен будешь отправлять какие-то свои показатели тренерам сборной?
— Нет. Это заботы твои и твоего тренера. Приезжаешь на соревнования, показываешь результат — тебя видят, включают в сборную. Как ты к этому пришёл, что делал — без разницы.
— На протяжении карьеры ты несколько раз тренировался вместе с биатлонистами-паралимпийцами. Как к ним попал?
— Старший тренер паралимпийской команды Андрей Гладышев — из нашего села. С ним вместе ещё мой отец бегал, и я с ним знаком. Он и подключал меня к команде. Честно, это было даже интереснее. Они работают совсем не так, как в обычном биатлоне. Но мне эта система была более понятна.
— В списках сборной России нет Олега Домичека и Анастасии Гришиной из Алтайского края. Знаешь, почему?
— Они тоже ушли на самоподготовку. В следующем сезоне будут выступать за Ханты-Мансийск. Так что в Алтайском крае, наверное, остаюсь из взрослых биатлонистов один, буду, как и раньше, представлять Алтайский край и Новосибирскую область. В другие регионы перебираться не собираюсь, даже если полмиллиона предложат, не пойду.
— А миллион?
— Всегда со своими можно договориться. Я благодарен за то, что в Новосибирской области для меня и моей семьи делают. Надо не только за деньгами гнаться, но и о людях думать, которые для тебя стараются. Сейчас есть результат — тебе платят. Перестанешь его показывать — выгонят.
Вернут лёгкость хода
— Завершившийся зимний сезон ты открыл серебром в смешанной эстафете на Кубке Содружества, завершил победой на юниорском первенстве России. Ещё были первенство вооружённых сил, студенческое, сельская олимпиада. Как всё объять?
— Да я не скажу, что очень много. Это был мой последний юниорский сезон. Вот следующий уже будет только по мужикам, и там график плотный. У юниоров старты реже, так что в промежутках успеваешь выступить где-то ещё, чтобы не только тренироваться, но и на соревнованиях оценить форму.
— То есть у тебя был всё-таки ещё не взрослый сезон?
— Да если честно, по взрослым пробегал не так много. Я вроде уже два сезона выступаю по взрослым. Но пробегу несколько гонок и возвращаюсь к юниорским стартам. В этом сезоне до Нового года выступил на трёх этапах Кубка Содружества. Потом заболел, когда вернулся, в основном уже бегал по юниорам, да и вообще временами было больше лыж, чем биатлона.
— А как после Кубка Содружества выходить на студенческие гонки?
— На самом деле вопрос в организации и атмосфере — всё-таки на Кубках полный стадион, а на универсиадах никого. А то, как бежится, зависит от состояния. Если готов, то без разницы, где выступать: хоть в Бийском районе, хоть на чемпионате страны. Если не в форме, тяжело будет тоже везде.
— На Кубке Содружества ты был то в призёрах, то в четвёртом десятке. На Кубке России в масс-старте то сход, то пятое место в финале в Златоусте. Почему такая нестабильность?
— Подготовка и самочувствие. Иногда вроде чувствуешь себя хорошо, но на дистанции понимаешь, что что-то не доделал. Вообще, вся база должна закладываться летом. Если в это время поработал хорошо, то потом по ходу сезона, если возникли проблемы, ещё можно наверстать.
— Как ты на зимней олимпиаде сельских спортсменов региона оказался?
— Попросили выступить за свой Бийский район. На биатлон уже не успевал, поэтому выступал в лыжах.
— Когда до этого последний раз участвовал в лыжных гонках?
— В детстве часто. Но до этого сезона последний раз, наверное, года два назад.
— А сельская олимпиада раньше была частым явлением?
— Не скажу, что очень часто. Но было. Просто уже когда было лет 16, олимпиада пересекалась с гонками своего зимнего юношеского сезона, не всегда на нее попадал.
— Интересный старт?
— Честно — сейчас как скоростная тренировка. Трасса, опять же, специфическая.
— А ты свой лыжный ход как оцениваешь?
— Вообще просто на лыжах мне бежать легче, чем с биатлонной винтовкой, которая весит почти пять килограммов. Поэтому сейчас цель подготовки — вернуть себе хорошую скорость. Последние два года на лыжне чувствую себя тяжелее, чем раньше. Надо вернуть былые ощущения. Понимаю, что минуту, которую я ходом проигрываю лидерам, спокойно можно скинуть. А то ещё и им её привезти. Стреляю я неплохо, по темпу что в лежке, что в стойке — один из лидеров. В масс-старте в Златоусте отстрелялся по нулям — но был только пятым. Уровень стрельбы всегда можно вернуть, наверстать, если вдруг появляются проблемы. Сейчас главное — лыжный ход.
— За счёт чего можно добавлять?
— Работать целенаправленно и обдуманно. Так, чтобы держать уровень весь сезон, а не изредка выстреливать.
В группе родителей все тянутся друг за другом
— Олимпиаду в Милане смотрел?
— Лыжные гонки. Биатлон — нет.
— Неожиданно.
— В лыжах отобрались Савелий Коростелёв и Дарья Непряева. А в биатлоне наших не было. Ну и какой смысл смотреть? Конечно, я вижу нарезки, кто как бежал, как стрелял, в курсе, что происходит. Но чтобы полностью смотреть — нет. Когда дома был, смотрел этапы российских биатлонных соревнований. Тут я ребят знаю, сам с ними бегаю — это интересно. А до международных стартов не допускают. Ну и в чём интерес их смотреть, заочно себя сравнивать?
— И на нейтральный статус не подавал?
— Нет, а зачем, если нас не допускают. Из лыжников, кроме Савелия и Дарьи, нет никого, а у нас вообще винтовки. На сборы-то за границу просят не приезжать, так что какие старты.
— А у тебя был когда-нибудь выбор между биатлоном и лыжами?
— Нет, всегда хотел в биатлон, нравилось стрелять. Но стрельба — своеобразная вещь, кому-то дано, кому-то нет. Кто-то уже на первой тренировке попадает, кто-то всю жизнь тренируется и мажет. И правило «работай, и результат придёт» тут не работает. У нас есть биатлонисты, для которых два промаха на рубеже — уже успех. А ходом они сильнейшие. У меня с первых стартов начало получаться, поехал на Кубок Анны Богалий-Титовец, выиграл. И потом оттуда без побед вообще не приезжал. Это сейчас всякие рейтинги, рекорды, тогда никто их не составлял. А если подсчитать, буду, наверное, самым титулованным участником этих соревнований.
— В ДЮСШ Бийского района под руководством твоих родителей Ивана Кульгускина и Лилии Кокориной подобралось серьёзное поколение биатлонистов. В чём секрет?
— Много заинтересованных ребят, ходят, тренируются. Никто не заставляет, но есть конкуренция. Вот Лера Домичек выиграла где-то — девчонкам уже интереснее с ней бороться, а ей — от них убежать. А в итоге все растут.
— Ты в детстве за кем бегал, за Олегом Домичеком?
— У нас была большая компания, человек пять, в основном старше меня.
— Олег Домичек из вашей школы, наверное, «выстрелил» первым, победив на юношеской олимпиаде. Не завидовали?
— Олегу повезло в том плане, что он из нас самый старший, и тогда все международные старты для России ещё были открыты, он успел на них попасть. Вообще, не всегда, когда показываешь результат, куда-то едешь — надо, чтобы в тебе ещё и были заинтересованы. Я помню, как у нас все суетились, чтобы оформить все документы. А бывает, что через неделю вылет, надо заполнить кучу бумаг — спортсмен один никогда не справится, если личные тренеры не помогут. Мы все вместе работали, знали, как Олег к этому шёл, так что зависти точно не было. Потом он попал в сборную, Александр Мозговой уехал в Новосибирск. Я тут остался один, грустно как-то стало, что все разбежались. Затем вошёл сначала в резервный состав сборной, потом в основной. Но сейчас понял, что пока не надо, лучше готовиться дома.
— Так сейчас, получается, ты тут тоже будешь один?
— Младший брат в кроссе конкуренцию точно составит. Ему 18, я вообще не знаю, почему он занимается биатлоном, ему бы в лёгкую атлетику перейти.
— А на лыжероллерах придётся одному катать?
— Во-первых, на сборах мы всё равно будем с другими спортсменами пересекаться, подключусь к кому-то. А так даже у Каминского на тренировках работали по одному. Тренеры ведь следят за каждым, и если все группой бегут и стреляют, не уследишь. Поэтому растягивались, шли на расстоянии.
— Ты же начинал со спортивной гимнастики. Почему бросил?
— Подтягиваться не нравилось. Не получалось. И с 8 лет стал биатлонистом.
— А родители как-то влияли на выбор?
— В плане того, что заниматься профессионально и становиться спортсменом — нет. Но если ничего не делал, ругались. Даже сейчас, если зарядку не сделал, возмущаются. Хотя вроде взрослый уже, свой сын есть.
С сыном могу делать всё
— Отцом ты стал в октябре 2025-го. Как ощущения?
— Классные. Хотя сперва непонятно было, что с ним делать. Потом интересно стало. Вообще, всё, что надо, могу делать — и накормить, и укачать, и уложить, и подгузник поменять. Дома бы только почаще бывать.
— На родах был?
— Нет. До последнего ждал, а жена (Алиса Кульгускина (Жамина), биатлонистка и тренер из Бийска — прим. авт.) рожала чуть позже ожидаемого срока. Так что пришлось уже на подготовку уезжать, и так уже перед этим сбор пропустил. И даже на выписке из роддома не был.
— Сын тебя не забывает, когда долго дома не бываешь?
— Нет. Да он вообще всем рад, даже незнакомым. Егор очень активный, даже толком рост измерить не получается, всегда двигается.
— Бабушки с дедушками в процесс воспитания вовлечены?
— Да. Мои, кажется, уже сейчас хотят его в биатлон и лыжи отдать. Как пойдёт, наверное, сразу лыжи подарят.
— А ты помнишь момент, когда тебя впервые поставили на лыжи?
— Нет. Но есть фотки, где я маленький на деревянных лыжах, по огороду на них ходил. Вспоминают, что после первых соревнований плакал, последним пришёл.
— Самые памятные юношеские соревнования какие? Помню, в одном из последних сезонов ты сборную края вытащил в эстафете на первое место на первенстве России.
— Честно — не помню. Пару лет назад за юношей за сезон из шестёрки лишь раз выпадал, на остальных гонках в призах был. И так всю жизнь, не помню, чтобы часто проигрывали. И эстафеты вообще постоянно брали. К ним я спокойнее относился, чем к личным гонкам. На каждом рубеже три дополнительных патрона — не знаю, что должно было произойти, чтобы все мишени не закрыл.
— После такого тяжело на взрослом уровне, когда пятое место — уже хорошо?
— Для меня это нехорошо. Не умею проигрывать. Если неудачная гонка, ещё больше охота тренироваться. Потому сейчас и меняю группу сборной на самоподготовку. Просто хороший результат — не для меня.
