Футбольному арбитру Евгению Холодкову — 60. За его плечами — более двухсот обслуженных матчей на профессиональном уровне, и до сих пор он в строю, судит городские соревнования. Ну а мы поговорили о том, какой была эта работа 30 лет назад и как опытный судья относится к изменению в футбольных правилах.
Фото: «Алтайский спорт»
Судейство — это арифметика
— Евгений Владимирович, как вы взяли в руки свисток?— Всё просто, благодаря любви к футболу. Я занимался в школе «Темп», но футболистом не стал. При этом в детстве, как и все тогда, ещё играл в баскетбол, крутил педали велосипеда, на коньках катался. Перед армией, в 1984 году, пошёл работать на моторный завод. И как-то остановился у стенда, где были фотографии заводских команд. Подошёл мужчина, узнал про мой интерес к футболу и предложил посудить матчи. Потом оказалось, что это был Иван Семёнович Головков, известный в то время барнаульский судья. Вообще, тогда массовость футбола была очень большая. Но при этом играли только в большой футбол: ни футзала, ни мини-футбола, ни формата 8х8 и подобного, как в нынешние времена, не было. Только классический футбол на поле 45х90, в 17:00 на стадионе ВРЗ матчи детей, после них — взрослые. Да и футбол был общий, без деления на краевые и городские дела, как сейчас. За судейство одного матча получали три рубля, но рассчитывали судей не после каждой игры, а в конце года. Я посудил город, в 1988 году меня стали рекомендовать на краевые соревнования.
Вообще, футболистов тогда было много, а судей мало. Не каждый мог, да и не каждый хотел выдерживать давление команд, оскорбление со стороны болельщиков. Но зато в строю были ветераны судейской работы — Валентин Подолько, Борис Вальчук, у которых я многому научился. Потом я отслужил в армии, вернулся, меня снова пригласили в судейство. Я подумал: холостой, время и силы есть, почему бы и нет.
— Вы начинали боковым судьёй?
— Да, пять лет работал флагом, как у нас говорят. И это правильно. Сейчас представители молодого поколения сразу хотят бегать со свистком. Но это сложно. Меня за пять лет узнали игроки, и сложностей при переходе на роль главного арбитра уже не было. Вообще, не в обиду будет сказано, у молодого судейского поколения подготовка похуже. Вроде и правила знают, и бегают, а характера не хватает. Судейство как арифметика: вы должны понимать игру, управлять ею, причём так, чтобы и футболисты, и тренеры вас понимали. Раздавать направо и налево жёлтые карточки — это не управление.
— Раз уж про молодёжь заговорили: и в 1990-е, и сейчас на высшем уровне российского футбола играло и играет немало наших воспитанников. Почему никто из судей до этой ступени не добрался?
— В Первой лиге наши судьи работали. Но выехать дальше Екатеринбурга или на Дальний Восток было сложно из-за ограниченного финансирования. Приезд судей и инспекторов обеспечивала принимающая команда. Плюс тогда не было таких каналов связи, как сейчас, интернета, трансляции всех матчей, начиная с детского уровня. Судья мог прекрасно работать, но этого не замечали. В 1997 году я первый раз приехал на судейские сборы в Анапу. Посмотрел и понял, что судьи из западной части, откровенно говоря, работают лучше. Там уже в то время были футбольные манежи, плюс климат, особенно на юге, позволял играть на поле чуть ли не круглый год. А у нас с ноября по апрель футбол на снегу. Побыл я в Анапе, посудил. И говорят: «Холодков — хороший парень, пусть переезжает, чтобы быть на виду, — будет судить». Я много турниров отработал в Майкопе, Адлере, Сочи, Туле. И всё время говорили: переезжай. А я уже женат, куда ехать, где жить. Сейчас система работает по-другому, в том числе и финансовое обеспечение. Судей приглашают на семинары, аттестацию. И, если честно, зачем звать судей Второй лиги из Сибири в Москву сдавать экзамены? Неужели ближе этого нельзя сделать? Но, с другой стороны, это шанс для людей. В прошлом сезоне Дмитрий Маликов, молодой арбитр из Новоалтайска, отсудил на линии несколько матчей РПЛ и Кубка России, причём с участием команд Премьер-лиги. Сейчас его пригласили на сборы перед стартом сезона в РПЛ. Посмотрим, что будет дальше. Жаль, что Роман Труханович из Барнаула до Премьер-лиги так и не дошёл, с судейством в профессиональном футболе он закончил, теперь будет инспектором.
А в целом сейчас и молодёжь другая стала. Судить матчи «за просто так», чтобы набираться опыта, никто не хочет — всем нужны зарплаты. Раньше судьи и бесплатно обслуживали матчи и турниры. Звонят, говорят, что «Динамо» на своей базе контрольную игру с местным клубом проводит, надо посудить. И едешь, потому что надо помочь. А сейчас студенты любые турниры судят только за деньги. Причём они откровенно говорят, что профессиональными арбитрами становиться не хотят, просто подрабатывают, пока учатся.
Главный показатель работы судьи — реакция игроков
— У вас больше двухсот матчей в Первой и Второй лигах, причём в период становления российского футбола. Какой матч был самым сложным?— В Первой лиге в 2002 году в Томске между «Томью» и «Динамо» из Санкт-Петербурга. За «Томь» тогда играли наши Андрей Силютин, Виктор Исайченко, Сергей Рехтин, Саша Суровцев. Ажиотаж, 18 тысяч на трибунах, мандраж не только у игроков, но и у судей. «Томь» тогда претендовала на выход в Высшую лигу. За десять минут до конца томичи забили, динамовцы посчитали, что мяч забит из положения «вне игры». И разборки начались прямо на поле. Дошло до заварушки, вмешивалась даже полиция. По одному игроку с каждой команды с поля удалили. Когда матч возобновили, времени до финального свистка было немного. Но эти минуты мне вечностью показались. Команды начали друг друга «убивать». Дело было осенью, ещё дождик пошёл, закончили в итоге вообще поздно вечером. Много сложных матчей было. Понятно, что игрок любое решение судьи не в его пользу воспринимает в штыки, особенно когда оно влияет на результат. Игрок-то ведь уже думает, что матч закончится победой его команды, думает, куда премиальные потратит — а тут судья или пенальти назначает, или гол не засчитывает. В Хабаровске в 2000-м непростая игра была: местный «СКА» с иркутской «Звездой». Первый тайм 0:0, в начале второго иркутяне нарушают правила в своей штрафной, назначаю пенальти — и Хабаровск не забивает. После этого тоже начались высказывания игроков в адрес судейства. Позже Хабаровск забил два, Иркутск в концовке один отыграл — так 2:1 и закончили. И потом почти все футболисты подошли, поблагодарили за работу — для меня это было очень важно. А там ведь футболисты какие были — Алексей Поддубский, Андрей Дикань, за Иркутск — Олег Яковлев. И всем молодым арбитрам говорю: если игроки благодарят, это главный показатель вашей работы.
— «Сложные» игроки в вашей практике были?
— Да в каждой команде есть игроки-заводилы. Фамилии говорить не буду, чтобы никто не обиделся. Судьи же разные, и иногда, если игроки на него давят, он может своё решение поменять. Или сделать что-то такое, что выведет его из равновесия. Кажется, в 2006 году Новосибирск, уж не помню, как там команда в этот момент называлась, играл с Комсомольском-на-Амуре. В Новосибирске было несколько игроков-грузин. Подача углового, один другого цепляет за футболку, тот падает. Я сначала понять не могу, вроде соперников рядом не было, чего он упал. Потом вторая подача, я специально рядом с этой парой встал, смотрю: один другого держит, второй снова падает. Может быть, рассчитывали, что не рассмотрю, кто тянул, и пенальти дам. Но я увидел, говорю: «Ребята, завязывайте, всё вижу». Они поняли, что игру контролирую. К матчам же надо готовиться, заранее знать, кто из игроков будет пытаться воздействовать на судью. Правильно себя перед ним поставишь — проблем не будет.
— А под охраной стадион покидать приходилось?
— Вот, самую интересную игру не вспомнил. 1998 год, Новосибирск играет с Ленинском-Кузнецким. Борются за выход в Первую лигу, а впереди ещё идёт Красноярск. И если Новосибирск побеждает, то опережает красноярцев. И тут забивает Ленинск-Кузнецкий. Новосибирцы недовольны, утверждают, что в этом эпизоде против их игрока было нарушение. Но потом я ещё раз смотрел, всё было чисто. Потом новосибирцы ответный мяч забили, но победить не смогли — 1:1. И вот, пока матч доигрывался, на стадион приехали, скажем так, серьёзные ребята со стороны Новосибирска. Матч закончился, и вся братва пошла на судей. Нас взяли в кольцо милиционеры и проводили до помещения. А идти было далеко, так что ощущения были интересные. В 1990-е вообще много чего было. Тогда и в судейскую мог ворваться кто угодно и с чем угодно, в том числе и с пистолетом, и тренеры на бровке на судей бросались, и игроки. Это сейчас всё на виду, всё фиксируется на видео, судьи под защитой.
— С чемоданом денег в судейскую кто-нибудь заходил?
— Ко мне нет. И не думаю, что к другим тоже. Сейчас вот говорят, что тому тогда-то что-то дали, этому пообещали. Я ни разу не сталкивался. Стол накрывали, принимали гостеприимно — это да. Но чтобы взятку дать — нет. Тогда при Николае Толстых, который руководил ПФЛ, дисциплина была жесточайшая — по допуску стадионов, судей, инспекторов. Если в одном матче ставилось три пенальти в одни ворота, Толстых брал кассету с записью и каждый эпизод посматривал. Была как-то история: поехал один арбитр поездом до Находки. Ехать далеко, он сходил в вагон-ресторан, а потом счёт клубу предоставил. Там удивились, сообщили, видимо, куда-то. И всё, этот арбитр с судейством закончил. Может быть, в лигах выше уровнем что-то и случалось, а у нас — не слышал.
— А странные матчи судили? Или, если проще, договорняки?
— Вот это было, скрывать не буду. Судил матч в последнем туре, все другие результаты уже были известны. Команды устраивала ничья — и так и сыграли, 1:1. Конечно, когда человек с мячом доходит до чужой штрафной и вместо обострения пасует назад, возникают определённые мысли. Но это же не доказуемо, что я как судья могу сделать. Правила-то не нарушают.
Фото: «Вечерний Барнаул» / Ярослав Махначёв
Если есть VAR, зачем нужен судья в поле?
— Иногда говорят, что судья, ошибившись, потом принимает решение в другом спорном эпизоде в пользу «пострадавшей» команды, чтобы компенсировать свой промах. Такое бывает?— Да. Ошибаются все судьи, без этого никуда. Но если арбитр, понимая свою ошибку, потом специально ошибается в пользу другой команды — это самое плохое. Но многие через такое проходят, и у меня по молодости было. Сейчас молодым говорю, чтобы в перерыве в телефон не заглядывали, повторы не смотрели. А то чувствуют, что где-то ошиблись, и начинают эпизод пересматривать. Для чего? Чтобы совесть мучала? Вот знаешь, чем судья отличается от болельщика?
— На болельщике ответственности нет.
— Не только. Судья должен принять решение за считаные секунды. А иногда и не одно: был фол или нет, давать жёлтую карточку или не стоит? Болельщики эпизод могут друг с другом обсудить, пересмотреть, а судья один и должен тут же что-то решить. Но если решение изначально неправильное, обратно к нему в любом случае возвращаться не надо. Самое сложное для арбитра — фолы в штрафной площади и определение офсайда. Если что-то не так случилось в центре поля, этого особо не заметят. Но если ошибка была в штрафной площади — этим будут недовольны и болельщики, и инспектор. У меня за всё время работы в профессиональном футболе была только одна двойка от инспектора — за матч в Братске, меня отстраняли на месяц. Тогда какой был принцип — получил «неуд», месяц отдыхаешь. Получил вторую двойку — всё, отстранён до конца сезона. И можно было в мае уже закончить свой чемпионат. Поэтому была другая ответственность, переживали, ночами не спали.
— Вы говорите про фолы в штрафной и офсайды. Но судя по последним событиям в чемпионате России, самое сложное — понять, был ли фол при игре рукой.
— Да это просто. Раньше любое попадание мяча в руку — это пенальти или штрафной удар, в зависимости от того, где на поле это произошло. Сейчас, если рука около корпуса, бедра, мяч от твоей же ноги в неё попадает, — продолжаем играть. Если рука отставлена, мяч меняет траекторию — пенальти.
— Сейчас арбитру может помочь VAR. Как к видеоассистенту судьи относитесь?
— Да стало только хуже. Снова повторюсь: раньше вся ответственность была на главном судье. А сейчас он знает, что над ним перед телевизорами ещё три человека сидят, которые, если что, его поправят. Тогда вопрос: а зачем вообще нужен судья, если всё можно посмотреть на повторе? Человек находится в игре, рядом с эпизодом, но потом бежит к монитору и семь минут смотрит, было ли нарушение в штрафной. Зачем тогда свисток в руки взял, если не смог разобраться в ситуации? Может, мужества не хватает, боятся крупных спонсоров команд.
— А как воспринимаете новшества в судействе, которые сейчас на чемпионате мира?
— Да тоже неоднозначно. С одной стороны, всё сделано для ускорения игры — те же вводы аута за пять секунд, быстрые замены. Но чемпионат мира — это элита футбола, выставочный уровень. А как будет дальше? Обязательно найдётся кто-то, кто посчитает, что судья неправильно отсчитал пять секунд на аут или что-то подобное, особенно если это повлияло на результат.
Фото: «Вечерний Барнаул» / Ярослав Махначёв
Болельщики о Холодкове слагали стихи
— Мы говорили про болельщиков. Помню, в конце 1990-х в Барнауле на стадионе была кричалка: «Что не слышу я свистков, видно, в поле Холодков». От трибун вам доставалось?
— Всё бывало. Почему у меня семья не ходила на футбол? Как-то судил финал Кубка Алтайского края, Рубцовск против «Полимера». И с трибун начали мне что-то кричать. А дочка маленькая была, девять лет, стала всем говорить: «Замолчите, это мой папа». С тех пор на игры их не звал. Разное было, и от болельщиков, и от игроков. Вроде я ничего плохого не делал, но некоторые до сих пор помнят, что я их удалил. Часто от игроков слышал, мол, после матча с тобой поговорим. Но отвечал, что с таким отношением зачем мне нужно с тобой разговаривать. До игры всё хорошо, здороваемся, про какие-то дела говорим.
А на поле некоторые вдруг начинают «поджигать».
— Судить вы закончили в 2008-м, а в 2012-м окончили АГАУ. Зачем?
— Вам 60, но вы до сих пор в строю. Не тяжело?
— Я до 52 судил краевые соревнования, потом понял, что хватит, наездился. Сейчас сужу город: детские соревнования, студенческие. Госспорткомитет доверяет, знает, что всё будет в порядке. Что такое быть главным судьёй на городском турнире? Должен подготовить площадку, мячи, жилеты для игроков, других непредвзятых судей. Детские соревнования сейчас самое интересное, там искренние эмоции. Если бы ещё родители не лезли, а то от них такая реакция бывает — похлеще, чем в профессиональном футболе. Хотя, если бы у меня внук в футбол играл, может, и я бы также кричал и переживал.
Справка «Вечернего Барнаула»
Евгений Холодков. Родился 21 июня 1966 года в Алейске. Судья республиканской категории. Отсудил более ста игр в качестве главного арбитра и больше ста — в роли судьи на линии за 17 сезонов в первом и втором дивизионе первенства России с 1992 по 2008 год.
