Один из постоянных участников фестиваля «Живая природа Алтая» и одноимённой фотовыставки, которая в конце января завершится в ГМИЛИКА, — фотограф из Заринска Светлана Кулёва. Но в отличие от большинства фотографов-натуралистов, снимает она не пейзажи и не птиц, а насекомых.
Поменяла работу на фотоаппарат
Мы встречаемся со Светланой Кулёвой на фотовыставке в ГМИЛИКА. Здесь, кстати, две экспозиции: выставка этого года и лучшие работы за предыдущие 14 лет проекта. И на одном из снимков Светлана замечает свою давнюю фотографию паука-скакунчика.
— Я вообще пауков-скакунчиков обожаю, — рассказывает Светлана. — Посмотрите, какие у них глаза. Люблю за ними охотиться и вообще следить. Но это непоседливые товарищи, да ещё очень маленькие. Надо лечь, затаиться и не дышать, чтобы поймать момент для фото. И этот малыш то на листик залезет, то под него спрячется. Я и так лягу, и эдак. И тут какая-то букашечка присела на листок, он увидел добычу, прыгнул на нее. И так лапками держит, будто предлагает: «На, поешь!». Это одно из моих любимых фото.
Светлана Кулёва занимается фотографией 12 лет, из них 8 целенаправленно фотографирует насекомых. А когда-то она преподавала физику в заринской школе. Потом пошла дежурным в пожарную охрану. Примерно тогда же у неё и появился первый фотоаппарат-мыльница. Начинала она с фотографий города, дворов, людей. Фотография понемногу затягивала, тогда муж подарил уже профессиональную камеру и даже предложил уйти с нервной работы — мол, спокойствие супруги дороже.
— Потом я увлеклась конным спортом. Конюшня на окраине города, я всё чаще по дороге домой стала делать крюк, заворачивая в лес. А там фотографировала цветочки, деревья, птичек-бурундучков, другую живность. К этому времени у меня появился ультразум, начала осваивать макросъёмку. И увидела насекомых, — вспоминает Светлана.
Не представляете, как хорошо
У большинства людей из всех насекомых симпатию вызывают бабочки да божьи коровки. К остальным либо равнодушие, либо паника при их появлении. Светлана тоже была из их категории, признаётся, что пауков боялась до визга, стоило кому где выползти, её тут же словно ветром сдувало. А сейчас любит всех. Даже клещей и комаров.
— Когда крупно рассмотрела паука, поняла, какие они симпатичные. А комары-звонцы так вообще красавцы. Красота — она же в глазах смотрящего. Только кузнечиков боюсь, — рассказывает Светлана.
Всю фотографическую науку Светлана осваивала сама. Сейчас у неё хорошая камера, объектив для макросъёмки — и больше ничего, ни света, ни штатива.
— Пока ты штатив выставишь, любая букашка улетит, — смеётся она.
Снимать насекомых сложно. Вообще, в съёмке животных и птиц есть два способа. Первый — сидеть в схронах и засидках, иногда часами ожидая, что кто-то появится. Комар так точно прилетит. Но Светлана сидеть долго на месте не любит, поэтому она просто гуляет по лесам и лугам. Прислушивается к птицам, ещё одному любимому для неё объекту съёмки, присматривается ко всему ползающему. Интересно, что у Светланы плохое зрение, а очки она носить не любит. И знакомого человека на расстоянии может не узнать. Но насекомое всегда увидит — вот такой парадокс. Но мало его заметить — надо к нему подобраться, потому что их зона обитания — на уровне щиколотки. Приходится лежать, ползать.
— Однажды снимаю так кого-то, лежу в непонятной позе. Останавливается мужчина, выскакивает: «Вам плохо?». Говорю — не представляете, как мне хорошо, — вспоминает Светлана.
А ещё съёмка насекомых может быть опасной. Светлану кусал кузнечик и подбивала глаз гусеница стрельчатки ольховой.
— Певчий кузнечик меня кусал два раза. Один раз вообще, когда его фотографировала, прыгнул, повис на носу — больно, ужас. А когда снимала гусеницу, та сжалась и прыгнула, попала в глаз. Больно, слёзы, глаз затёк, три дня ходила как пират, — рассказывает фотограф.
Желанная цикада
Бердвотчеры, то есть фотографы, снимающие птиц, со временем становятся неплохими орнитологами. Стать благодаря фотосъёмке продвинутым энтомологом сложнее, всё-таки среди насекомых видов и классов больше — поди изучи всех возможных пауков, гусениц и комаров. Но Светлана уже легко отличит один вид от другого, знает их повадки, места обитания — а без этого найти героя для фотографии сложно.
— Мой любимый объект съёмки — паук-скакунчик. А в этом году ещё комары полюбились. На самом деле они красивые, — утверждает Кулева. — А ещё самое необычное — это глаза слепня. Вы их когда-нибудь видели? Они у каждого разные, рисунок в кружок, зигзаг, полосочку.
Кстати, фотографы дикой природы тоже, как и биологи, могут оценить изменения климата, флоры и фауны. Светлана рассказывает: прошлым летом было неожиданно много пауков-хеиракантиумов, в лесу она часто встречала их коконы. А вот скакунчиков, наоборот, меньше — но, возможно, лето выдалось такое.
— Стало много тигровых комаров. Первого я вообще встретила лет пять назад. А сейчас они прямо заедают, — отмечает Светлана.
Однажды в её объектив попала бабочка-хвостатка, нечастый гость в наших краях. Есть у неё и насекомое мечты, которое никак не удаётся снять — цикады.
— Их много в Аламбае, это километров сто от Заринска. Но всё не могу туда выбраться. У нас находила панцирь, а само насекомое ни разу не встречала, — рассказывает Светлана.
Одна снежинка
Она с нетерпением ждёт весны, появления первых букашек. И всегда грустит, когда наступает осень. Зимой, чтобы не скучать, снимает птиц, на макрообъектив капли, паутину, глаза кота — всё, что хочется раскрыть, увидеть ближе. А ещё — снежинки, и это не менее сложно, чем насекомые.
— Я кладу в морозилку сумку. И как только на улице начинается нужный снегопад, как я его называю, «снежинистый», без ветра, чтобы снежинки не таяли, не ломались и не слипались, кладу сумку на подоконник и жду за закрытым окном, пока на неё ляжет красивая снежинка. Я живу на седьмом этаже, и на высоте они более цельные, чем внизу. И как появляется красивая, сразу фотографирую. При этом у меня есть несколько секунд, чтобы тепло из квартиры и моё дыхание её не растопили, — говорит Светлана.
