Выставки работ Евгения Скурихина проходят в Барнауле нечасто. Оттого они и выделяются из общего ряда, заставляют о себе говорить. Особенно когда художник, больше известный как мастер керамики, вдруг показывает себя вдумчивым портретистом, очень внимательно и трепетно относящимся к своим моделям. О своих первых учителях, творческом пути и склонности к синтезу искусств Евгений Евгеньевич рассказал корреспонденту газеты «Вечерний Барнаул».
«Думать — важнее»
Детство Евгения Скурихина прошло в районе элеватора, и в том, что он увлёкся рисованием, есть генетическая предрасположенность.
«Неплохо рисовал мой отец, который здорово оформлял стенгазеты, даже делал копии известных картин Васнецова. Но всё же важную роль в моём становлении сыграл школьный учитель рисования, который всегда ставил пятёрки, выдвигал меня на разные конкурсы, где я получал первые места. Он же посоветовал пойти в студию Алексея Иевлева, действующую при клубе завода «Трансмаш». Её я стал посещать параллельно с работой в литейке завода мехпрессов. Алексей Васильевич меня практически не хвалил, но при этом всегда доверял и совсем не лез в мои работы. Благодаря ему я понял, что мир — живой, что внутри каждого предмета есть жизнь и её надо уметь отразить в рисунке», — рассказывает художник.
Продолжил постигать азы мастерства Скурихин в Новоалтайском художественном училище, где своим стремлением к совершенству многих раздражал.
«Понимаете, когда стремишься стать профессионалом, так хочется многое попробовать на вкус, освоить более хлёсткие принципы в искусстве, те же авангардные приёмы. В ту пору в училище это не приветствовалось. Хотя тот же Иевлев учил нас одновременно с постижением ремесла искать в себе художника, строить свой мир. Как он часто повторял: «Научить рисовать можно и лошадь, а вот думать — важнее», — делится Евгений Скурихин.
В технике «а-ля прима»
Многие работы Евгения Скурихина созданы в технике a la Prima.
«На Востоке так рисуют тушью по бумаге, когда в этом касании выражено все: мысль, эмоции, поэзия и музыка. Эта тонкость достигается не сразу — сравнить это можно с тем, как хирурги оттачивают своё мастерство владения скальпелем на пачке кальки, тренируясь проникнуть в определённый слой. Это уважение к материалу, к плоскости больше всего проявляется в графике, где сочетание линий — как музыка. Такое я видел у Пабло Пикассо и Жоана Миро. Этой музыкальности я достигал, изводя много сотен листов. Так постепенно освобождается мозг и начинает «думать» рука», — рассказывает художник.
Трёхмерное видение
Были в судьбе мастера и студии ведущих художественных учебных заведений страны — Академии художеств и Мухинского училища.
«Сравнив их подходы в искусстве, понял, что мне близки мухинцы, ведь они учили мыслить пространственно, смотреть сквозь рисунок, то есть, вырисовывая кончик носа, помнить о затылке. Речь идёт о трёхмерном видении, которое в скульптуре очень важно. Но, увы, в «Муху» я так и не поступил. Зато сдал экзамены в Красноярский институт искусств и стал там учиться на отделении керамики. Меня всегда завораживал этот синтез искусств — рисунка, живописи и скульптуры. Эта мешанина привлекала меня во всём. Из-за неё я одно время даже увлёкся театром, работал художником-постановщиком и декоратором в краевом театре драмы, в барнаульском ТЮЗе, в разных студиях. А в 1983 году я был назначен главным художником Завода художественной керамики, расположенного в городе Спасск-Дальний Приморского края. Там я создал несколько десятков образцов керамики для дальнейшего тиражирования. Так, одна из серий ваз под названием «Беловодье» сегодня находится в Государственном историческом музее в Москве», — поделился Евгений Скурихин.
Важные люди
В Барнаул Евгений Скурихин вернулся с мечтой создать здесь участок сувенирной и садово-парковой керамики. Но развить это направление тогда не удалось.
«Я получил приглашение от Владимира Москвитина поработать в «Туриной горе», где требовалось помочь с разработкой ассортимента. Так что некоторые изделия, которые производятся на предприятии и сегодня, созданы по моим лекалам. Всё это время я не переставал писать, в итоге в моей мастерской скопилось огромное количество работ. Что касается портретов, то у некоторых художников нет к ним склонности, я же создавал их в огромном количестве. Всматриваться в людей и улавливать в них что-то важное и незримое — эмоционально насыщенное занятие. Мне это интересно», — рассказывает художник .
На выставке в художественном музее представлена лишь малая часть портретов, которые Евгений Скурихин создал за полвека. Это работы из его мастерской и из коллекции ГХМАК.
«Кого-то из этих людей я больше никогда не видел, с кем-то до сих пор дружу, а кого-то уже нет с нами. В любом случае это дорогие люди, в разной степени важные для меня», — говорит о своих героях мастер.
Выставка графических портретов Евгения Скурихина «Близкие» работает до 31 октября в Государственном художественном музее Алтайского края (ул. Горького, 16).
